11 декабря 2014


STAROERADIO.RU вещает в мировой сети круглосуточно. Благодаря мобильным приложениям и интернет-порталу около 200 000 наших соотечественников ежедневно ловят любимую волну и попадают в особый мир нашего недавнего прошлого. Его вернул слушателям сергиевопосадец Юрий Метёлкин. Солист ВИА «Синяя птица», коллекционер художественного слова и образцового языка, интеллигент во всех смыслах, Юрий Иванович стал победителем конкурса «Наше Подмосковье»-2014 и был удостоен первой премии за свой уникальный проект.


Расскажите, для кого создано «Старое радио»?
«Старое радио» - это территория комфорта, где человек может отдохнуть от безумного и бушующего современного мира. Собственно, создание зоны покоя, некоего психологического и культурного убежища – один из главных смыслов создания этого проекта. Когда от эмоций, стрессов и перенапряжения у человека начинает закипать мозг, необходимо отсечь агрессивную внешнюю среду и дать людям возможность встретиться с самим собой в том спокойном времени, когда между словами и предложениями были паузы, когда речь текла естественным темпом и травка была зеленее, а солнышко ярче. Когда можно было без страха ходить по ночам и спокойно выпускать детей во двор, чего сейчас в помине нет. Для аудитории «Старого радио» как ни странно, таким временем была эра советского радио. Но на сломе эпох люди потеряли привычный способ жизни и всё, что с ним было связано. «Старое радио» восстанавливает пространство прошлого, чтобы у миллионов нынешних россиян и наших соотечественников по всему миру в любое время дня и ночи была возможность окунуться в комфортную среду собственной юности, детства.

Как пришла идея создания «Старого радио»?
Началось всё с того, что я сам стал испытывать некую нехватку звукового материала. В начале двухтысячных я осознал, что весь «золотой радиофонд», наработанный за десятилетия, просто исчез, потому что с девяностых годов началась резкая реорганизация эфирного пространства – и радийного, и телевизионного. Не осталось ни одной станции, которая давала бы неспешный материал без рекламы и могла бы целиком поставить, например, полуторачасовой радиоспектакль. Теле- и радиоэфир заполнил дешёвый некачественный чужеродный продукт: все мы помним бразильские сериалы девяностых, которые были куплены за копейки на латиноамериканских стоках (распродажах). Ни о каком процентном соотношении национального и заимствованного контента и речи не шло, а ведь ни в одной развитой стране мира вы не увидите и не услышите в эфире 90% чужого продукта. Поначалу мы подумали, что это сладкое мороженое, а потом поняли, что нас отравили. Произошел негласный подлог – мы убрали из культурного медиапространства весь наш отечественный материал высшей пробы и заместили на дешёвый западный продукт низкого пошиба. Хочу пояснить – это не означает что вся медийная продукция запада плоха, просто наши медиа – коммерсанты по закону бизнеса закупали всё дешевое, по бросовой цене, имея единственную цель – больше заработать, а последствия никого не интересуют. Важно забить сетку вещания подешевле, чтобы осваивать огромные рекламные деньги (бюджеты). И я решил восстановить баланс – создать такое радио, каким бы могли пользоваться все и начал уже целенаправленно искать старые записи для пополнения эфира. Всё началось с небольшой, около двух тысяч фонограмм, коллекции. А сегодня у нас на радио 24 тысячи найденных фонограмм и на других наших звуковых проектах еще около 10 тысяч фонограмм неформата – это вечера встреч, театральные капустники, воспоминания, свидетельства эпохи. 

Расскажите о судьбе нашего радионаследия.
Я сразу столкнулся с острой нехваткой материалов. Фонды начали гибнуть в девяностых, когда начался захват собственности и телерадиокомитеты (ТРК) – областные, краевые, районные – были захвачены людьми в малиновых пиджаках. Ребята понятия не имели, что они захватили. Например, когда эти люди оказались на заводе грамзаписи в Апрелевке, они обнаружили никелевые матрицы, на которых была записана вся звуковая история страны, когда-либо выпускавшаяся на пластинках. И эти матрицы были сданы на цветмет за несколько тысяч долларов... Так дикари лишили нас звукового наследия. «Старое радио» успело спасти фонды Иркутского радио «Восток», с миру по нитке смогли собрать деньги на транспортировку сюда 10 тонн магнитоплёнки. То, что «новым хозяевам» казалось хламом, на самом деле было интеллектуальным гумусом страны. Километры плёнок, пластинки, кассеты переносились в сырые, неотапливаемые подвалы или просто на свалку, ибо надо было освободить пригодные для сдачи в аренду помещения. Стало ясно, что если не предпринять каких-то мер, погибнет всё. И в 1992 году в результате мощнейшего экспертного и общественного давления, Борис Ельцин подписал Указ от 30 ноября 1992 года №1487 «Об особо ценных объектах народов Российской Федерации», которым установлено, что Гостелерадиофонду присвоен особый статус, это означает отнесение его к высшей категории охраны и учета, предполагающей особые формы государственной поддержки и включение его в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации. Циркуляры были разосланы, уничтожение архивов было остановлено. Но в 2013 году Президент РФ волюнтаристским решением, без консультаций с экспертами и общественностью, упразднил Гостелерадиофонд во имя экономии бюджета. Архивы лишились своего статуса, лишились защиты. Это огромный ущерб для нашей культуры.

Какое отношение к национальным архивам можно считать эталоном?
Я приведу пример отношения к таким вещам в Европе. Там и речи быть не может о том, чтобы уничтожить какие-то фонды или иные культурные ценности. Всё это – особо охраняемый объект  государства, который хранится условно – на минус двадцать третьем этаже, со сложнейшим доступом и во всех необходимых температурно-влажностных режимах. Ведь общество развивается только приращением культурного слоя, больше ничего! Так, кстати, хранятся и архивы Мандельштама в Принстонском университете – переданные ему через французского посланника Надеждой Яковлевной Мандельштам, спасшей архив от преследования советской властью. В мире только одна проблема – засилье Авторского Права, главнейший тормоз XXI века, я называю это явление «онкология копирайта» именно из-за сходства с этой коварной болезнью, когда  люди не осознают её. Век назад срок авторских прав равнялся 14 годам, плюс продление по требованию автора на тот же срок. Итого 28 лет, после чего копирайт был свободным. За прошлый ХХ век дельцы продлили срок до 100 лет и более. Это значит, что свободное пользование материалами невозможно, потому что за каждое обращение к источнику нужно платить немалые деньги. Это делает мёртвым любой объект авторских прав, не используемый коммерсантами (а таких большинство, т.к. издателю интересно произведение всего год – два), даже самый ценный.

А как Вы решаете вопрос с авторскими правами?
Никак. А вы думали, я скажу что-то иное? «Старое Радио» не пират, а проблема, не отрефлексированная государством. Но на самом деле, на «Старом радио» с этим сложилась уникальная ситуация. Часто сами исполнители или люди, унаследовавшие уникальные архивы, приносят свои записи, чтобы они стали достоянием общества. Иногда это единственный способ остаться в памяти поколений.

В Вашей коллекции есть такие находки, которыми Вы гордитесь?
Конечно, среди сорока тысяч фонограмм есть особо ценные. Например, полтора года назад на местах Сталинградской битвы поисковики нашли катушку с магнитопленкой. Она пролежала в земле 70 лет. Окаменевшую бобину ребята принесли мне и спросили: «Можно из этого извлечь какой-нибудь звук?» И я это сделал – получил 5 минут 38 секунд записи. Это оказалось окопное немецкое интервью. Некто получил у офицера или солдата ответы на вопросы в боевых условиях. Там звучат очень ценные и интересные данные. Кроме того, найдены неведомые фонограммы с голосами Бориса Пастернака, Александра Таирова, Соломона Михоэлса, Анны Ахматовой, Юрия Левитана, Беллы Ахмадулиной, Евгения Евтушенко, Андрея Вознесенского, Бориса Мессерера, Александра Фадеева, Сергея Параджанова, Виктора Шкловского... Расшифрован и размещён весь архив Дома – музея Марины Цветаевой, ЦДРИ (Центральный дом работников искусств), ЦДЛ (Центральный дом литераторов), сейчас веду совместный проект по оцифровке архивов ЦДА (Центральный дом актера). Идёт открытие за открытием, находятся невероятные редкости. К примеру – Алла Демидова нашла на «Старом радио» свои выступления, записей которых у неё не было. Рогволд Суховерко – в восьмидесятых годах единственный раз выступил в ЦДЛ со своей сольной программой «Ай да Пушкин» – «Боже мой! Я не мог даже подумать! Я считал, что программа погибла!» – говорил он, когда нашёл здесь эту запись. Но есть вещи, которые я сам записываю. Недавно, из Денвера, штат Колорадо, приезжала Софья Игнатьевна Богатырёва, первая наследница архивов Мандельштама. И мы записали с ней аудиокнигу воспоминаний о том, как её семья спасала архивы поэта, как восстанавливала из памяти его стихи, споря до одури, до хрипоты над каждым словом. Записал я и воспоминания Евгения Борисовича Пастернака.

И последний вопрос. Вы уже десять лет изо дня в день восстанавливаете и оцифровываете голоса ушедшей эпохи, тратите на пополнение фонотеки собственные средства, все силы и время. А любой труд, как известно, должен быть оплачен. Почему же «Старое радио» остаётся некоммерческим проектом?
Я рад, если найденные записи будут возвращены в наше общее культурное пространство, если следующие за нами поколения смогут перенять их и передавать далее. Это наше общее добро, и у меня нет никаких прав собственности на него. Это достояние страны и оно должно быть в нашем повседневном бесплатном пользовании.

Ольга Канатникова

Leave a Reply

Subscribe to Posts | Subscribe to Comments

- Copyright © Окей, Посад - Skyblue - Powered by Blogger - Designed by Johanes Djogan -

- Google-